Интервью

Борис Балясный: "Не все розовое в этой жизни, зубов и локтей – всего хватает" 

Евгения Зыбина, Linnaleht, 25 января 2019, 09:33
Foto: Хейко Круузи
В четверг, 31 января, в Отделе литературы на иностранных языках Таллиннской центральной библиотеки состоится презентация поэтического сборника Бориса Балясного "Узелковое письмо".

В книгу вошли избранные стихотворения с комментариями автора, по мнению которого выход книги – это возможность подвести итог и посмотреть на свое творчество со стороны.

Чем был обусловлен такой дизайн обложки? Почему паук? Эти узелки что-то значат?

Я обнаружил, что почти у каждого народа было узелковое письмо. Руны, русские вензеля, все это оттуда идет. А в природе есть только два существа, которые плетут нити: паук и шелкопряд. Шелкопряда мало кто опознает, а паука знают все. Количество ниток с узелками просто показывает порядковый номер цикла. Даже если бы я что-то зашифровал, меня бы едва ли кто-то понял. В Эстонии я не нашел специалистов по узелковому письму.

Foto: Обложка книги

Не опасаетесь, что такая обложка отпугнет читателя?

На самом деле она должна была быть еще чернее. Типография настояла на том, чтобы я ее слегка осветлил. Черный цвет – нарядный. Почему рояль никого не отпугивает? Или зебра? А Денис Кузьмин сказал, что эта обложка под стать нашей вороненой погоде.

Какой жизненный период охватывают стихотворения сборника?

Примерно 30 лет. Что-то уже было опубликовано. Некоторые стихи я обновил. Время идет, видится все по-другому. Раньше я был к себе снисходительнее. Сейчас стараюсь жестче соблюдать форму. Я подозреваю, что сказывается переводческая деятельность. Когда переводишь, стараешься смотреть на текст глазами читателя. Я посмотрел так же на свои тексты, и сел исправлять. То, что я хотел сказать, и то, что сказал, – разные вещи, а как это услышали – вовсе третья.

Писали ведь все равно для себя.

Трудно сказать. Я думаю, что пишется все не для себя, а какого-то гипотетического читателя. Мне попадались люди, которые говорили, что пишут дневник для себя. Только вот публиковали они их в интернете. Значит, не для себя все-таки. Наверно, в этой книге важно не только то, что в нее вошли стихотворения за большой период, а и мои комментарии к ним. Обычно авторы этого не делают. Сперва я написал комментарий к каждому стихотворению, а потом жена спросила: "Никак не выйти из роли преподавателя? Ты решил, что никто ничего не знает?" Я подумал, согласился и довольно значительную часть комментариев выбросил.

Foto:

С какими чувствами вы перечитываете свои старые любовные стихотворения?

С грустью. Я был очень удивлен, когда вдруг заметил, что я не только мало написал на эту тему, но и редко говорил об этом тем девушкам и женщинам. Непонятно почему, ведь такой говорун! Сейчас я могу лишь посокрушаться по этому поводу.

Буквально год назад в вашем переводе вышла ваша книга стихов на эстонском языке и сборник ваших переводов эстонского поэта Контры, сейчас собственный сборник. В год по книжке и даже по две – это достижение?

Перевод сборника моих стихов на эстонский было не моей идеей, это предложил выдающийся эстонский писатель Матс Траат. Он, на мой взгляд, и не менее выдающийся поэт, которого я довольно много переводил. Так что решил попробовать. Ведь до этого я ничего не выпускал несколько лет, только переводы. Последняя моя книга на русском языке вышла в 2002 году. Мне кажется, что книги нужно выпускать для того, чтобы подвести какую-то черту и двигаться дальше. В какой-то момент понимаешь, что дошел до некой стены, и чтобы идти вперед, нужно посмотреть на все со стороны.

Куда будете двигаться дальше? К биографии?

Не знаю. Давно хочу написать сборник эссе. Он будет биографическим только отчасти. Интересны ли биографии кому-то кроме тех, кто в них описан? Не уверен. Бывает, рассказываю иногда о прошлом, и вдруг понимаю, что слушателю непонятно, о чем это и зачем. Зачастую это отрицательный опыт. Нужен ли такой опыт?

Конечно. Не все же должно быть розовым.

Была у меня мысль сделать обложку розовой (улыбается). Наверно, она и правда несколько мрачновата. Радостных текстов в книге маловато.

Меня в этом с самого начала упрекали. Помню, во время учебы в институте в Новочеркасске, я, молодой и нахальный, как-то поехал в областную писательскую организацию в Ростове-на-Дону. Сказал там, что неплохо было бы им разобрать мое творчество. Через две недели позвонил, напомнил. Меня попросили приехать через неделю и устроили мне затем показательный разгром. Сказали, что я не пишу на правильную комсомольскую тематику, "ура" не кричу и не радуюсь жизни. Плюс был в том, что я стоял, слушал их, сначала отругивался, а потом вдруг понял: нужно быть готовым к нападению. Не все розовое в этой жизни, зубов и локтей – всего хватает. Наверно, в плане эмоций самое огорчительное – когда все обыденно, спокойно, равнодушно. Даже отрицательная эмоция – это эмоция. Для пишущего человека самое обидное – равнодушие. Пусть лучше поругают!

Как вы считаете, ваши стихи – хорошие?

Надеюсь, что да. С годами я начал писать меньше стихов. Во-первых, я уже что-то понял для себя и просто плодить варианты – скучно. Во-вторых, я уже не могу себе позволить набросать что-то и оставить. Я буду мучиться, думать над словом (смеется).

С эстонскими авторами планируете поработать в ближайшем будущем? Что на горизонте?

Конечно! Была у меня одна идея, боюсь, что едва ли осуществимая. Очень хотелось бы выпустить избранные переводы. Но дело упирается не столько в финансовые проблемы, сколько в вопрос авторского права. Выпустил я в свое время книгу Калью Лепика. С живым мы с ним поговорить успели, а с кем говорить сейчас? Также у меня лежит толстый сборник эстонской детской поэзии из серии "Золотая книга". Опять-таки, с кем обсуждать? Где найти потомков? В свое время мне не удалось найти денег на выпуск веселой поэтической книги Айди Валлик. На прозу нам денег дали, а на стихи нет. Потому что с картинками на каждой странице – это дорого. Делать книгу черно-белой – обокрасть детей. Так что пока не получается. Детская поэзия – благодарное занятие, потому что сразу видишь, кому это нужно. К тому же это сложнее. Ребенку либо нравится, либо нет.

Сколько у вас дома книг?

Тысячи полторы. Наверно, от некоторых книг можно было бы начать избавляться, ведь, скорее всего, я их уже читать не буду, но рука не поднимается. Подарить могу, а выбросить нет!

Ваша коллега Ирина Белобровцева в конце года предлагает в СМИ свой список рекомендуемых книг. А что посоветовали бы почитать вы? Помимо вашей новой книги, разумеется!

Хороший вопрос! Я смотрел ее список. Я солидарен с ней в отношении Алексея Иванова, мне он тоже очень нравится. На мой взгляд, в современной русской литературе, если говорить о прозе, наблюдается грустноватое для меня-читателя явление: писатели занялись не особо обремененной сюжетом или условно-сюжетной литературой. Для филолога это, конечно, очень интересно. Хотелось думать, что постмодернизм закончился, а, похоже, это не так. Мне нравятся Дмитрий Веденяпин, Бахыт Кенжеев, Тимур Кибиров – вся эта плеяда. Люблю, когда язык небедный, и мне не нравится литература с ненормативной лексикой, особенно когда без этого можно обойтись. Собственно, обойтись можно почти всегда. Если ты, скажем, не Игорь Губерман.

Значит, Сорокина не читаете?

Читал! Он замечательный самопиарщик и самоменеджер, а также отличный филолог. Он просто-напросто вычислил, что нужно сделать, чтобы хорошо себя продать. Насколько это литература? Это вопрос. Мне кажется, что большая русская литература закончилась с развалом большой страны. Сейчас много чтива и мало литературы. Мы были самой читающей страной, и никто до сих пор не проанализировал: не потому ли, что развлечений было так мало?

Если судить по нашим книжным магазинам, то мы очень даже читающая страна.

Да, но мы с вами не видим результата реализации, а только то, что в продаже. Я в свое время перепечатывал на машинке стихи Пастернака или Мандельштама, а сейчас можно зайти в любой магазин и купить. А нет в магазине, значит, найдется в библиотеке. Лень идти, открой интернет! Словом, проблема наличия или отсутствия писателя на самом деле – это проблема наличия или отсутствия читателя. Не в смысле "спрос рождает предложение", но и в этом смысле тоже.

"Узелковое письмо": встреча с автором

В четверг, 31 января, в 17.00 в Отделе литературы на иностранных языках Таллиннской центральной библиотеки состоится презентация книги "Узелковое письмо" и встреча с автором Борисом Балясным. Вход свободный.

Редакция

rus@ohtuleht.ee

РЕКЛАМА И ОБЪЯВЛЕНИЯ

reklaam@ohtulehtkirjastus.ee